Алхимики с Уолл-Стрит: кто такие кванты

Баффет в той же мере, что и Питер Линч из фонда Magellan компании Fidelity, многие годы стабильно получает прибыль. Может, и есть еще безумные гении, но мне о них ничего не известно. Кто знает, — он улыбнулся и пожал плечами, — может, в следующем году они всё потеряют. Эта ситуация не только показала, что Розенберг мог моментально рассмотреть за математическими выкладками и моделями события реального мира.

Алхимики с Уолл-Стрит: кто такие кванты

Кто такие «Кванты»? И почему им платят до 500 000 долларов в год

Алхимики с Уолл-Стрит: кто такие кванты

Но, придя в офис, он обнаружил, что ни одна из его просьб не выполнена. Расслабленная атмосфера залитого солнцем офиса BARRA была для Мюллера настоящим откровением после ленивых пригородов Джерси и безлюдных коридоров Принстона. И в мире было мало мест, где можно было бы ощутить эту атмосферу лучше, чем в Беркли, в двух шагах от городка Халф Мун Бэй, где тусовались серферы, и хиппового рая Хайт-Эшбери. Работа над инструментами для финансовых исследований, понятное дело, не слишком вписывалась в классический стиль жизни хиппи, но Мюллера все вполне устраивало. Он был сыт по горло безденежьем и музыкой, за которую платили гроши.

Кванты. Как волшебники от математики заработали миллиарды и чуть не обрушили фондовый рынок

Кен Гриффин вошел в ярко освещенный конференц-зал на тридцать восьмом этаже здания Citadel Center на Саут-Дирборн-стрит, уселся за полированный деревянный стол и надел наушники. Рядом с ним сидел Джеральд Бисон, зеленоглазый рыжеволосый операционный директор фонда Citadel, сын полицейского, выросший в неблагополучном чикагском районе Саут-Сайд. Бисону, ветерану, работавшему в фонде с 1993 года, Гриффин доверял безоговорочно. Была вторая половина дня пятницы, 24 октября.

Читать онлайн «Кванты. Как волшебники от математики заработали миллиарды и чуть не обрушили фондовый рынок»

В результате мечтатель Вайнштейн прошел несколько собеседований и в девятнадцать лет устроился на неполный рабочий день в Goldman на стойку торговли облигациями высокой доходности. Представление о том, что рынок — эффективная, работающая случайным https://maxipartners.com/ образом машина по образованию цен — приводит к ряду странных следствий. Фама говорил об огромном мире, который кишит инвесторами, находящимися в постоянном поиске неэффективностей, как голодные пираньи, кружащие в ожидании свежего мяса.

США. «Уоррен Баффетт: производство денег»

Позже, по мере развития компьютерных технологий в области торговли, она постепенно стерлась. Некоторые формы этого вида арбитража уже много лет использовались на Уолл-стрит. Пока бушевал «бычий» рынок 60-х, на сцене появились другие звездные менеджеры хедж-фондов, например венгерский гений Джордж Сорос.

Алхимики с Уолл-Стрит: кто такие кванты

Многие партнеры, вложившие в фонд собственные сбережения, понесли тяжелые финансовые потери. В результате появилась модель оценки рисковой стоимости (value-at-risk, сокращенно VAR). Она показывает сумму, которую банк может потерять за сутки с 95 %-ной вероятностью. Определить ежедневные позиции было трудно, но возможно. Достижения компьютерных технологий позволили оперировать всеми данными банка. Однако было сложно определить глобальный риск.

К концу дня в среду PDT потерял почти 300 миллионов долларов — и это только в тот день. Global Alpha банка Goldman за месяц упал почти на 16 %. Убытки составили около 1,5 миллиарда долларов. AQR потерял 500 миллионов только за среду, это была его крупнейшая в истории потеря за день. Такого стремительного исчезновения денег Эснесс еще никогда не видел. Он прекрасно осознавал, что если это будет долго продолжаться, AQR разорится.

Конечно, потом многое удалось отыграть, но скорость, с которой тогда рушился рынок, пугала. А теперь, когда кредитный кризис усилился, AQR столкнулся с еще большими убытками. Гриффин мог быть жестким руководителем с неизлечимой манией величия, но он был победителем.

США. «Уоррен Баффетт: производство денег»

Отдельное опасение вызывал рост объемов торговли компьютеризированных высокочастотных фондов вроде Renaissance и PDT. Использовались более быстрые микросхемы, соединения, алгоритмы — гонка на скорость была в самом разгаре. Фонды торговали за микросекунды — миллионные доли секунды.